Стоит, качается. Еле ноги унёс. Пойду лучше Ящерку поймаю». Да куда там. Только не своя — чужая какая-то. Меня зовут Зуёк. А дом у меня вот тут — рядом. Вот она ему и говорит:. Дом у него с полом. У него и ночуй. А какая у Витютня хата. Один пол, да и тот, как решето — весь в дырьях.

Как же в нём спать. У неё тебе понравится. Да и крыши у вас нет. Совсем как у нас дома. Лети-ка, поищи сама себе дом, какой нравится. А в обрыве — дырки, дырки, дырки. Вот бы тебе такой нос. Вот так. Вот у меня какое долото. Я змей боюсь. Я ими не то что от змеи, от тебя и то не отобьюсь.

Так оно и есть: Журавль это прошёл. На таких ногах по земле шагать трудно. Зарылся Крот в землю — и опять нет никого. Дай-ка, теперь я тебе загадку загадаю. Может быть, так оно и есть: музыку ведь все любят, и петь всем хочется. Сел и думает: «Неужели я хуже лягушки?

Поют же они без голоса. Дай-ка и я попробую». Только вот чем. Была не была, — полечу, не смолчу, чем-нибудь да закричу. Лети ты, Муха, в лес, на реку, в поле. Я разрешаю. Я — брюхоног. Надо налево — я влево хвост кладу.

Не могу я тебе свой хвост отдать. Шлёп, шлёп — и плыву, куда мне надо. Вот гляди, как я долблю. Муха как зажужжит:. Сама думает:. Муха ему на нос села. Не стану по ночам к тебе на луг летать, мышей ловить, сам лови.

Сова в дубу сидит, мышей не ловит. Молока у коровы мало. Дружно не грузно, а врозь хоть брось. Пошли они в лес. Я от дедушки ушёл, Я от бабушки ушёл, От тебя, Волк, подавно уйду. Я — Комарище — Жигать мастершце. Недруги ищут Меня, Комарищу, А я удал: Жиг. Поди-ка к нему подступись!

Чем не избёнка. Стал я думать: как тут быть, как их горю пособить. Сумел и без них устроиться». Только щепки летят да труха. Ведь все дупла в нашем саду уже заняты. А сзади уже мчался на него сосед. Все косточки у него ныли.

Мы будем тут одни и никого к себе не пустим. Гляди, вот как я его сейчас!.. Ещё чуть-чуть — и была бы её песенка спета. Он злился. Чик этого тоже не знал. Нашлись такие две рядом. Пусть будет, что будет. А Кот лез и лез по обрыву. Чик и тут от него не отстал.

Сядет солнце, — муравьи все ходы и выходы закроют — и спать. Листок упал на камень, Муравьишка себе ноги отшиб. Не добраться мне теперь до дому. Обидно, хоть землю кусай». Так и пошёл, так и пошёл землю мерить. А солнце уже низко. Глядь, уж он на грядке сидит.

Живо на том берегу очутился. Нет, не попасть Муравьишке домой. Влез Муравьишка Жуку на голову. У меня ведь ножки болят, я себе шею сломаю. Только недолго они падали: что-то их сверху — дёрг. Жил в лесу Лис. Ёж — тук-тук-тук-фык. Лето в нём пожил, детей вывел и улетел.

А ты кто. У меня зубы долги, востры, как иголки. А вы кто. Видит — дуб, в дубу — дырища в целое окнище. А у Кукушки была своя забота. Она сидела и думала:. Она любила сидеть в своём дупле. Крути, крути. Что ты. Всех больше ел пятый птенец. Он был уже мёртв. Ведь ему было только три дня от роду.

Теперь он остался в гнезде один. А он рос не по дням, а по часам. Глаза у него открылись. Мы должны его выкормить.

Машина миновала поворот, и перед Гуровым распахнулась даль до самого горизонта. Картина была замечательная. Впереди виднелась деревня, до нее оставалось чуть больше двухсот метров, а за ней и сбоку от нее простирались леса. Везде леса — и слева, и справа. Желтели березовые рощи, золотом и бронзой отливали дубовые урочища, вечной зеленью выделялись еловые и сосновые участки.

А еще справа от деревни блеснула водная гладь. Видимо, по лицу полковника можно было заключить, что вид ему понравился, поэтому он продолжил объяснения: — Тут, стало быть, деревня. За деревней, справа, видишь воду?

Пруд холодный, родниковый, но купаться вполне можно. Хотя я не знаю, захочешь ты сейчас купаться? Это удовольствие на любителя…. Его отсюда не видно. Вот въедем в деревню, и увидишь. Мимо окон уже мелькали первые дома. Много было кирпичных, недавно построенных, но встречались и деревянные избы, сооруженные еще при царе Горохе.

Дорога пошла круче под откос, и теперь открылась долина, где на пригорке, вдоль узенькой ленты крошечной речушки, выстроились нарядные коттеджи. Место тихое, хотя от шоссе не так далеко. А какие охотничьи угодья! Я тебе потом все подробно расскажу и места покажу.

А пока так, первое впечатление. Народу на улицах деревни было немного — лишь стайка ребятишек с портфелями шла от недавно приехавшего школьного автобуса да пожилая женщина загоняла гусей во двор. Тут народ в основном телят выращивает, сдает на убой компании.

Другие творог делают, сметану, в Белые Столбы и в Каширу возят, а некоторые и в Москву. Так что все при деле. Деревенская улица была вся в ухабах, «Приора» Сыромятникова колыхалась на них, как на волнах. Потом дорога нырнула в низину, и Гуров подумал, что во время дождей тут, должно быть, жуткая грязь, но тут же вынырнула на плотину, они ехали мимо пруда.

За плотиной дорога свернула направо, пересекла небольшой мостик — и сразу изменилась. Пошел асфальт, по сторонам замелькали нарядные коттеджи. Ведь тебе, как и мне, такие вот домишки, — указал он на трехэтажный дворец, мимо которого они проезжали, — не по средствам….

И потом, такой дом содержать — это целый штат прислуги нужен. У меня домик поскромнее, сам увидишь. Но ты прав, если по рыночным ценам покупать, я здесь и садовую сторожку не приобрел бы. Признаюсь, дом я здесь получил, можно сказать, за инициативу.

Дело в том, что это я весь наш дачный поселок придумал. Деревеньку эту, Ключи, я давно знаю — меня сюда еще отец возил, грибы да ягоды собирать. У меня отец Гаврила Семенович, царствие ему небесное, был страстный грибник и собиратель трав. Мы приезжали и останавливались у одного здешнего мужика, Корнюхина Геннадия Борисовича.

Летом чуть не все выходные здесь проводили. И потом, когда отца не стало, а я охотой увлекся, приезжал сюда и Наталью возил. Охотился, бродил по здешним местам. У меня тогда был один знакомый юрист, Кирилл Дмитриенко. Он сначала в Школе милиции преподавал, а потом, когда начались все эти передряги с переменами и зарплату платили с перебоями, ушел в юрисконсульты.

А позже, добившись успеха, основал свою фирму. И вот однажды я Кирилла сюда привез, поохотиться — ну, вот как тебя сейчас. Он побродил по здешним местам, огляделся и говорит мне: «А знаешь, Григорий Гаврилович, ведь в этом месте можно замечательный коттеджный поселок построить!

Нашел Дмитриенко инвесторов, достал все необходимые разрешения, и уже следующим летом появились первые коттеджи, а от трассы на Каширу потянули асфальтовую дорогу. Вот так и возникли наши Ключи. И когда были проданы первые дома и проект стал приносить доход, Кирилл мне предложил самому здесь построиться.

И проект дешевый подскажу. Ведь если бы не ты, я об этих местах и не узнал бы». Я посоветовался с Натальей — и согласился. Вот так мы и получили свою фазенду, ты ее скоро увидишь. А потом разбогател еще больше, продал коттедж и купил себе виллу на Майорке, в Средиземном море. Меня туда звал, погостить.

Видео прислал: кругом пальмы, цветы, море плещет… Но мне и здесь неплохо. И потом, какая там у них, на Майорке, охота? Небось все запрещено. А у нас здесь вон какая благодать… — обвел он рукой окрестности. Небось все банкиры да нефтепромышленники?

Но есть и люди из органов, вроде меня, имеются два артиста, один профессор из МГУ… Разный народ. А вот, пожалуйста, — идет один из самых колоритных обитателей нашего поселка. И не один, со спутниками. Он показал на необычную группу людей, идущих навстречу им по улице.

В центре шел человек среднего роста, в желтой куртке восточного покроя. Обращало на себя внимание его бледное лицо как после тяжелой болезни, подумал Лев , а также пронзительный взгляд глубоко посаженных глаз. По сторонам от бледнолицего шли три девушки весьма привлекательной внешности: две шатенки и одна блондинка и два хмурых молодых человека.

Когда машина поравнялась с ними, человек в желтой куртке проницательно глянул на Сыромятникова и кивнул ему, Григорий Гаврилович также ответил поклоном. Это прошли члены общины «Гора Кайлас». И с их руководителем они его «учителем» называют я действительно знаком.

Гора эта, как я понимаю, находится в Гималаях, и там… Впрочем, давай я тебе позже все это расскажу. А то это разговор не на одну минуту, а мы уже приехали, выгружаться надо. Действительно, серебристая «Приора» свернула влево, на подъездную дорожку, и остановилась перед скромным одноэтажным домиком в три окна по фасаду.

А также располагаться со всеми удобствами. Сейчас ты разложишь вещи, выпьем с тобой с дороги по чашке чая, и я поведу тебя знакомиться со здешними угодьями. Пока так сходим, без ружей. А уже завтра, на заре, откроем наш охотничий сезон. Гуров вынул из багажника сумку и вслед за Сыромятниковым вошел во двор.

Тут же из-за угла дома к ним кинулся серый сеттер. Он прыгал вокруг Сыромятникова, махал хвостом и вообще выказывал огромную радость. Часть этой радости досталась и Гурову — ему сеттер облизал руку. А теперь пошли в дом. Ну, а тут вот ванна, туалет… Там, направо, моя комната, а в комнате слева ты будешь квартировать.

Она в Тулу уехала, к Вадиму. Я ведь тебе рассказывал, ты забыл? У меня два месяца назад внук родился, вот Наталья с ним и сидит, нянчит. У Вадима жена бизнесом занимается, так она ни одного месяца не хочет с сыном сидеть, представляешь? Мне как Вадька такое по телефону сказал, я сразу решил: пусть лучше Наталья едет.

Месяц с ребенком посидит, а там решим, что делать. После осмотра дома Гуров отправился в отведенную ему комнату. Обставлена она была незатейливо, но удобно: кровать, шкаф, стол с двумя стульями. На столе, в соответствии с прогрессом, стоял компьютер.

Впрочем, удивляться этому не следовало: как-никак, Григорий Гаврилович Сыромятников, старый друг Гурова, был не только опытным оперативником, свыше тридцати лет проработавшим в органах, но и преподавателем Высшей школы милиции. Лев разложил вещи, сменил туфли на кроссовки, более подходящие к лесным условиям, и вернулся в гостиную.

Хозяина он там не нашел, зато из кухни донесся его голос:. Гуров прошел на кухню — чистенькую, всю сверкающую посудой и довольно просторную. На столе уже стояли две чашки, мед в блюдце и разнообразное угощение. Если уже есть одно увлечение — охота, то вторым заниматься трудно.

Ну что, давай к столу. Пирогами, по причине отсутствия жены, угостить не могу, уж не взыщи.

ПЕРВАЯ ОХОТА — Сказка - Виталий Бианки - Аудиосказка - Сказки для малышей - Сказки на ночь

Поделиться: